mnogomirrss

Предпринимателей стали чаще отправлять под домашний арест вместо СИЗО

Предпринимателей стали чаще отправлять под домашний арест вместо СИЗО

Число фигурантов экономических дел, находящихся под домашним арестом, выросло в полтора раза за полгода. Предпринимателей, находящихся под следствием, стали реже помещать в СИЗО

Дом вместо изолятора

Суды и силовики стали чаще отправлять фигурантов дел по экономическим статьям под домашний арест, а не в СИЗО. Об этом журналистам в среду, 17 мая, рассказал уполномоченный по правам предпринимателей Борис Титов.

Если в июле прошлого года в изоляторах находились 6,9 тыс. фигурантов экономических дел, то по состоянию на февраль 2017 года в них помещены 5,3 тыс. предпринимателей или сотрудников компаний (сокращение на 22,5%), следует из данных ФСИН, которые предоставил аппарат бизнес-омбудсмена. Противоположная динамика наблюдается при помещении фигурантов под домашний арест. Прошлым летом у себя дома содержались 2,5 тыс. бизнесменов, а в феврале этого года число таковых выросло сразу на 54,4%, до 3,8 тыс. человек. Ст. 158 УК РФ (кража) и ст. 161 УК РФ (грабеж) в анализе не учитывались.

Предпринимателей стали чаще отправлять под домашний арест вместо СИЗО

Ситуация «немножко» улучшается, но этого мало, заявил Титов. Однако ее осложняет положение дел с электронными браслетами, которые иногда не работают, из-за чего фигурантов переводят из-под домашнего ареста в СИЗО, добавил соратник Титова Александр Хуруджи — экс-глава представительства Агентства стратегических инициатив в Южном федеральном округе, который девять месяцев провел в СИЗО по делу о мошенничестве, но в начале мая был оправдан судом.

«Продвигать» замену содержания в СИЗО на более гуманный домашний арест власти начали четыре-пять лет назад, однако суды переориентировались не сразу, рассуждает ведущий научный сотрудник Института проблем правоприменения при Европейском университете Кирилл Титаев. Одна из причин в том, что сотрудники ФСИН и следственных органов были недостаточно обучены работе с подсудимыми под домашним арестом, а суды ориентировались на существующую инфраструктуру, координируясь со ФСИН. «Какое-то время назад для них домашний арест был неким пугалом, сейчас они научились с ним работать», — считает Титаев.

В то же время число зарегистрированных преступлений и возбужденных уголовных дел по экономическим статьям в 2016 году выросло на 21% (до 260,7 тыс.) и на 2% (до 240,1 тыс.) соответственно. Незначительно увеличилось количество осужденных по экономическим преступлениям, но их стали реже приговаривать к лишению свободы (данные Генпрокуратуры, Следственного комитета, МВД и Судебного департамента Верховного суда).

Проблемы с подсчетами

Статистика по экономическим преступлениям не всегда четко отражает ситуацию, говорится в докладе Центра стратегических разработок (ЦСР) об основных признаках экономических преступлений в России. Нынешняя статистика силовиков и правоохранительных органов «не позволяет говорить об уровне давления на бизнес и освещает скорее активность и характер работы самих правоохранительных органов», отмечают авторы доклада. Вопрос в том, «считать ли экономическими преступлениями только преступления, совершаемые топ-менеджментом, или рассматривать те, что были совершены в том числе рядовыми сотрудниками организаций»; единого подхода к определению грани между «экономическим» и «общеуголовным» преступлением нет, пишут исследователи.

Авторы приходят к выводу, что правоохранительные органы в число экономических преступлений включают, например, взяточничество, однако «большинство специальных экономических составов мошенничества входят в эту категорию только при наличии дополнительных условий, несмотря на большие размеры крупного и особо крупного ущерба». В целом в России, по их оценке, ежегодно подвергаются уголовному преследованию по обвинению в экономических преступлениях 5–6 тыс. предпринимателей и топ-менеджеров.

Судья как заложник

Титов предлагает запретить рассматривать уголовные дела по существу тем судьям, которые ранее принимали решения по мере пресечения для фигурантов дела. В таких случаях судья «становится заложником ранее принятого решения», он «не может дать меньше срок, потому что получается, что тогда он невинного человека посадил в тюрьму», рассуждал Хуруджи.

Другая инициатива Титова — рассматривать вопрос о мере пресечения разными судами. Суд первой инстанции, по его предложению, должен избирать меру пресечения только два раза на два месяца, в следующий раз продлить ее может только суд вышестоящей инстанции, а спустя полгода после ареста — только Верховный суд. На первом этапе посадка обвиняемого в СИЗО может иметь смысл, она нужна, чтобы изолировать его от подельников и быстро расследовать дело, однако потом необходимости в ней нет, полагает Титов.

Бизнес за решеткой: кто из мультимиллионеров побывал под следствием

Предпринимателей стали чаще отправлять под домашний арест вместо СИЗО

Предпринимателей стали чаще отправлять под домашний арест вместо СИЗО

Предпринимателей стали чаще отправлять под домашний арест вместо СИЗО

Предпринимателей стали чаще отправлять под домашний арест вместо СИЗО

18 февраля на допросе в Следственном комитете был задержан владелец аэропорта Домодедово Дмитрий Каменщик. Сегодня Басманный суд отправил его под домашний арест. РБК вспоминал, кому еще из российских…

Свои предложения бизнес-омбудсмен представит в докладе президенту в конце мая, он уже направил их в прокуратуру для рассмотрения. Такая мера, по его мнению, должна касаться не только предпринимателей, но и в целом фигурантов всех уголовных дел, Верховный суд с такой нагрузкой бы справился. Пресс-служба Верховного суда вечером в среду не ответила на запрос РБК.

В то же время Титов раскритиковал предложение экспертов ЦСР о введении понятия уголовного проступка — преступного деяния, не имеющего большой общественной опасности и не принесшего серьезного вреда. Такая мера повлечет изменение уголовного и судебного институтов, просчитать его последствия слишком сложно, а стоить это будет чрезмерно много, считает Титов. 

последние комментарии
rss2